Но я молчал и пытался разобраться. Права ли была старуха? Грядет ли битва людей с магами? Или она имела в виду нечто большее? Темноту, что заслоняет солнце и оскверняет мысли. Ту самую, что сейчас нависла надо мной.

Готов ли я с таким сражаться?

Я открыл глаза и увидел, что сижу посреди пустоты в окружении сверкающей пыли. Некоторое время крупинки висели вокруг меня, а потом вздрогнули и разлетелись в разные стороны сияющим ветром.

У меня дух захватило, когда я понял, сколько всего магов может быть в этом мире! Каждый осколок — человек. Со всей вселенной!

Один из них устремился ко мне, блеснув золотом.

Те самые остатки горного хрусталя из легенды?

Дыхание застряло в глотке от осознания могущества того старика, что сотворил такое мощное заклинание.

Но что будет дальше?

И с очередным витком образов вокруг меня я ощутил, как зависшая передо мной крупинка впилась в мою грудь.

Ослепительная боль заставила меня закричать. Она горячей волной пробежавшись по нервам, остановилась в самом сердце и стала сияющей сферой.

Мой резерв снова наполнился силой и сиял оттенками золотого.

Вместе с этим пришла уверенность, что мне все по плечу.

Я поднялся, тяжело опираясь на свой посох, и постарался сделать пару шагов, пытаясь остановить круговерть перед глазами.

Уже не знаю, сколько времени я болтался между временами, но пора с этим заканчивать.

Ноги не слушались, но я упорно шел в сторону кровати, которая постоянно меняла свое место.

Думаю, нужно поймать правильное «настоящее». Только вот как это сделать?

Взяв себя в руки, я выбросил ладони вперед и грозно рыкнул:

— Остановись!

Это возымело странный эффект. Время действительно застыло, но не то, которое нужно. Я увидел себя подростком, упражняющимся со шпагой. Неуклюжий, высокий, тощий.

Мотнув головой и обхватив посох крепче, я повторил свой жест и приказал времени ускорить бег.

И оно, наконец-то, подчинилось.

Я видел, как шли года, смотрел их на быстрой перемотке. И тот второй я повзрослел. Чаще стал заходить Лерчик, еще без усов, но с такими же горящими зелеными глазами.

Когда я понял, что вот-вот история подойдет к нужному моменту, то снова испугался. Вдруг у меня не получится все это остановить?

Эта минутная слабость разрушила концентрацию, и время снова перескочило на далекое будущее.

Разозлившись сам на себя, я стукнул посохом о луговую траву, что выросла на развалинах замка.

Это помогло взять себя в руки, и я сделал глубокий вдох, чтобы успокоить колотящееся в груди сердце.

И время остановилось.

Я смотрел на лес, подступающий к тому, что когда-то было парадным входом, и крепко думал.

В моих руках огромная сила, но справлюсь ли я с ней?

Должен!

Снова время побежало в обратную сторону. Я жадно вглядывался в будущее, запоминая детали. Их было очень много.

Взрывы, битвы, кровь.

Но в то же время улыбки, объятия, новые люди.

Надежда есть всегда.

Дойдя до правильного «настоящего», я вдруг увидел, как в приоткрытой двери мелькнул любопытный носик Рокотовой.

Кажется, я вернулся вовремя, как бы смешно мне ни было от этой фразы.

Первое, что я сделал, прежде чем раздался деликатный стук в дверь — убрал посох подальше. Я к нему пока не готов. Слишком велико его могущество!

Или мир не готов ко мне и посоху вместе.

Нужно продолжать тренироваться. Ведь большая сила — большая ответственность.

Дурман могущества рассыпался в пыль при первом же ударе маленького кулачка о дверь.

— Ваше высочество, вы уже проснулись? Можно к вам?

Быстро оглядев себя и с негодованием отметив порванную рубашку и грязные штаны, я крикнул:

— Минуту!

Быстро скинул вещи и нацепил любимый халат.

— Вероника Андреевна, это срочно? — я шире раскрыл дверь и посмотрел на нее.

Глухое платье, не дающее простору фантазии, замысловатая прическа и испуганный взгляд. Он бродил по небрежно завязанному халату, остановился на взъерошенных волосах и устремился в пол.

На щеках Рокотовой появился смущенный румянец.

Я все еще не отошел от своего приключения, но почему-то рядом с ней почувствовал себя спокойнее.

— Хотела предложить вам прогулку по окрестностям, — тихо сказала она. — Последние деньки лета, еще тепло. А я еще не видела территории замка.

— А как же Аня и матушка?

— Они отправились к графу Кармину, — пожала плечами Рокотова.

— Если вы так желаете прогуляться, — с губ едва не скользнула очередная колкость, но я сдержался, — то вам придется немного подождать. Я должен привести себя в порядок.

— Конечно, конечно. Я подожду.

С этими словами она нагло проскользнула мимо меня и уселась на диван.

И что ей надо от меня?

Ладно, сначала душ, потом одеться, а дальше уже буду думать.

* * *

Мы неторопливо шли по широкой дороге в сторону реки. Уже отсюда я ощущал запах воды и никак не мог нарадоваться, что безумие моей магии закончилось.

Солнце еще не дошло до зенита, но уже вовсю грело мои не высохшие волосы.

Рокотова семенила рядом, почти не смотря по сторонам. Эта прогулка — повод поговорить со мной?

— Вероника Андреевна, давайте к делу, — наконец, сказал я, когда впереди показалась потрепанная табличка с названием реки.

— Торопитесь? — в ее голосе звучал вызов, но глаза умоляли не уходить. — Знаю, все это очень неожиданно, а мы мало знакомы. Но матушка меня заверила, что вы приличный человек и мне с вами можно ничего не опасаться.

«Интересное начало».

— А вы чего-то опасаетесь?

— Ох, нет! Что вы! — поспешно сказала она. — Это я просто так, к слову пришлось.

— Хорошо, если так, — пожал я плечами.

Ее напряженная спина говорила, нет, кричала об обратном. Но если она сама не попросит помощи, кто я такой, чтобы вмешиваться?

И, решив заполнить паузу в разговоре, я начал рассказывать Рокотовой об истории нашего замка и прилегающих окрестностям. Зря я, что ли, смотрел на это всю ночь?

Вероника Андреевна внимательно слушала, охала, вздыхала, но глаза ее оставались печальными.

— Вот такая история, — закончил я и остановился.

Мы уже пришли на берег реки, утопающий в зелени. Я пригласил Рокотову присесть на скамейке, которую поставил тут мой дед.

— Рассказывайте, — проговорил я, несмотря на нее. — Что у вас случилось?

— С чего вы взяли, что именно случилось? — резко спросила она. — Да и что могло со мной случится? У меня скучная жизнь, люблю музеи, путешествовать.

— Но вы сразу согласились на эту работу.

— Хоть какое-то приключение, — пожала она плечами.

— И почему я в это не верю?

— Вы просто плохо меня знаете.

— Да вы мне даже шанса не даете узнать вас. На все вопросы отвечаете одно и то же.

Она скривилась, признавая мою правоту.

«Что же ты скрываешь, Вероника Рокотова? Ты шпионка? Беглянка? Все сразу?»

— Моя матушка пригласила вам в наш дом. Дала работу. Доверилась вам. Но если я узнаю, что из-за вас она или другие мои близкие будут в опасности…

— Да-да! Понимаю, вы совершенно правы! — она сорвала травинку и размяла ее в тонких пальцах. — Правы. Защищать близких — это правильно.

— Мне нужно быть готовым, что ваше присутствие может привести беду?

— Нет, — покачала она головой. — Я, конечно, сбежала от прошлой жизни, но не от безумных врагов.

«Шпионка, точно.»

— Мне все равно непонятно, почему именно мы? — наклонив голову к плечу, спросил я.

Рокотова закусила губу и перевела взгляд на воду.

— Считайте это удачным стечением обстоятельств, — ответила она через минуту. — Я давно хотела попасть в этот город. А работать мне не впервой.

— И вы раньше никогда не слышали про Эгерманов? — жестко спросил я.

— Разве, что слышала про ваше вино, — она дернула из прически прядь волос и старательно начала накручивать ее на пальцы. — И только хорошее!